![twitter1](/uploads/2023/01/twitter1.jpg)
Новая порция файлов Twitter, опубликованная во вторник (01/03), рассказывает о том, как Twitter поддался на уговоры разведывательного сообщества. До лета 2017 года Twitter не рассматривался как основной элемент в распространении так называемой российской дезинформации. Ситуация изменилась в октябре, когда на компанию возложили ответственность как на «одно из самых мощных орудий России в ее усилиях по поддержке Дональда Трампа в противостоянии с Хиллари Клинтон», а Клинтон заявила, что «Twitter пора признать, что его платформа используется как инструмент кибервойны».
Журналист Мэтт Таибби обнародовал новые файлы Twitter, показывающие, как разведывательное сообщество использовало опасения, связанные с возможностью вмешательства России в выборы, чтобы получить доступ к Twitter и повлиять на политику.
После комментариев Клинтон о том, что платформа стала рассадником российской дезинформации, Twitter счел целесообразным сформировать «Целевую группу по России» для проведения собственного расследования. Это, вероятно, сделали для того, чтобы доказать Вашингтону, что они не нуждаются во внешнем регулировании.
«Целевая группа по России» начала свою работу с данных, предоставленных Facebook, в центре которых были аккаунты, предположительно связанные с российским Агентством интернет-исследований (АИР) - организацией, известной созданием и использованием в социальных сетях вызывающих рознь аккаунтов. Однако поиски не принесли результатов. В одном из сообщений говорилось, что в ходе расследования было обнаружено «много доброкачественного контента» и что необходимо дальнейшее расследование.
Результаты отчета от 18 октября 2017 года выявили 15 аккаунтов с высокой степенью риска, 3 из которых были связаны с Россией, хотя 2 были связаны с Russia Today. В дальнейшем Twitter изменил свои критерии для определения того, что считается подозрительным. В одном из сообщений говорилось: «Создана новая версия модели с более низкой точностью, но более высокой выборкой, что позволяет отлавливать больше сообщений».
В результате было отмечено больше подозрительных аккаунтов, хотя, опять же, их было всего 32, и только 17 из них были связаны с Россией. «2,500 полностью ручных проверок аккаунтов, мы считаем это исчерпывающим... 32 подозрительных аккаунта и только 17 из них связаны с Россией, только 2 из них связаны со значительными расходами, один из них - Russia Today... остальные потратили менее $10k», - говорится в одном из комментариев.
Таибби добавил, что «поиск Twitter, обнаруживший "только 2" значимых аккаунта, "один из которых Russia Today", был основан на тех же данных, которые позже вдохновили панические заголовки типа "Российское влияние достигло 126 миллионов только через Facebook"».
Тот факт, что целевой группе по России ничего не удалось найти, поставило компанию в ситуацию PR-кризиса. Это привело к тому, что такие издания, как Politico, раскритиковали Twitter за «удаление данных, потенциально важных для расследований по России».
Затем Конгресс продолжил преследовать Twitter. Таибби пишет: «По мере того, как конгресс угрожал принять связанное с издержками законодательство, а Twitter все жестче критиковали в прессе, компания изменила свою точку зрения относительно незначительности проблемы российского вмешательства».
В одном из электронных писем рассказывается о том, как это могло повлиять на политическую рекламу в Twitter. Сообщение от Колина Кроуэлла (одного из бывших вице-президентов Twitter - ред) от 23 сентября 2017 года гласит: «Привет, ребята. Просто передаю, чтобы вы знали, сегодняшнюю статью из «Вашингтон Пост» о потенциальном законодательстве (или новых правилах Федеральной избирательной комиссии), которые могут повлиять на нашу политическую рекламу».
Таибби пишет, что Twitter в конечном итоге изменит свою позицию после усиления давления со стороны прессы и Конгресса: «Twitter вскоре определился со своей будущей позицией».
«Публично он удалял контент "по собственному усмотрению"».
«В частном порядке они будут "удалять" все, что "разведывательное сообщество США определило как информацию, распространяемую государственной организацией, проводящей кибероперации"».