![cuba_site](/uploads/2015/06/cuba_site-1140_400.jpg)
29 мая Америка сделала очередной шаг в исцелении ран Холодной войны. Администрация Обамы официально удалила Кубу из списка стран-изгоев, в который она попала как государство-спонсор терроризма (в настоящий момент в этом списке остаются Иран, Судан и Сирия). Эта мера, которую президент Барак Обама инициировал 14 апреля, после исторической встречи со своим кубинским коллегой, Раулем Кастро, в Панаме, требует за 45 дней уведомить Конгресс. И хотя Государственный департамент отмечает, что у него все еще «остаются значительные опасения и разногласия с большим количеством политических мер и принципов действия Кубы», они не помешали удалить Кубу из списка. В результате теперь с Кубы будет снят целый ряд финансовых и других санкций, которые серьезно мешали ее дипломатической деятельности, включая выплату зарплаты послам в Вашингтоне. Тем не менее, американское торговое эмбарго против Кубы по-прежнему остается в силе, и переговоры об открытии посольств пока продвигаются медленно. Учитывая эти трудности, почему оба лидера так отчаянно стремятся зарыть топор войны?
Для Обамы причины более очевидны. Давние попытки Америки изолировать Кубу как с коммерческой, так и с дипломатической точки зрения, ни к чему существенному не привели. Санкции не смогли отстранить от власти братьев Кастро, нанесли вред кубинскому народу и усилили антиамериканские настроения в остальной Латинской Америке. Наиболее громогласно торговую блокаду поддерживают американцы кубинского происхождения, представляющие одно поколение с Кастро. Со временем их ряды редеют, и данные последних опросов общественного мнения говорят о том, что большинство американцев кубинского происхождения моложе 65 лет не только поддерживают попытки Обамы улучшить отношения, но и хотят покончить с эмбарго. Вполне возможно, что внимание президента к Кубе может быть попыткой отблагодарить молодых испаноязычных демократов, которые помогли ему победить на выборах. В какой-то степени это также улучшит имидж США в Латинской Америке. Все это поможет администрации Обамы вернуть влияние, отобранное у нее покойным Уго Чавесом до того, как он покинул этот мир, а социалистическая экономика Венесуэлы ушла в штопор, не в силах финансировать так называемую Боливарскую революцию. Кроме того, президент явно не желает отпускать Кубу в сферу влияния все более агрессивной Москвы, которая в своей неадекватной непредсказуемости может спровоцировать очередной Кубинский кризис.
Возможно, не было совпадением и то, что тайные переговоры между Кубой и Америкой начались вскоре после смерти Чавеса в 2013 году, потому что это лучшее объяснение стремления Кастро к ослаблению напряженности – ему нужен был новый благодетель. После падения цен на нефть, поставки субсидированной нефти из Венесуэлы на Кубу сократились, и это означало, что острову придется искать твердую валюту – и лучшим ее источником станут американские туристы, которые теперь, благодаря политике Обамы, смогут более свободно посещать Кубу. Кастро также нужно было кинуть кость своему народу, который наблюдал за слабым экономическим ростом, несмотря на то, что Кастро-мл. после своего прихода к власти в 2008 году, проводил реформы, разрешив открытие частных предприятий. Как знак растущего оптимизма, количество американских флагов на фасадах кубинских домов с декабря значительно увеличилось.
Но при этом есть для Кастро и неприятные моменты. Оттепель в отношениях с Америкой усилила ожидания кубинского народа, которые будет непросто оправдать, если не ослабить командно-административную систему, возводимую режимом долгое время. Американские компании, к примеру, Airbnb, Netflix и IDT International, уже воспользовались новыми правилами и начали свой бизнес на Кубе, создавая конкуренцию государственной монополии. Новые правила смогут помочь 400,000 человек, работающим в небольших ресторанах, отелях и других компаниях сферы услуг, организованных на Кубе частными лицами. Кастро хорошо понимает, что экономическая либерализация значит для его режима, поэтому он, прежде всего, обращает внимание на дипломатические вопросы. Если дело дойдет до отмены эмбарго, он, вероятно, будет обеспокоен тем, что волна торговли и инвестиций сметет его и его правящую клику, и он потеряет власть – на этот раз навсегда.