![](/uploads/2023/02/parents.jpg)
В последние годы увеличилось количество взрослых детей, живущих с родителями. И родители от этого не в восторге.
Недавний опрос Pew показал: около 40% отцов считают, что проживание взрослых детей вместе с родителями вредит обществу, и только 12% думают, что в этом нет ничего плохого. Мамы разделяют это мнение, хотя и в меньшей степени.
В условиях спада в экономике появляется множество новых статей, в которых родители консультируются по таким животрепещущим темам, как «Должны ли взрослые дети платить за квартиру» и, более прямолинейно, «Как заставить взрослых детей съехать».
Пандемия COVID-19 вынудила взрослых детей в беспрецедентном количестве вернуться в родное гнездо. Толпа молодых миллениалов и старших отпрысков поколения Z во время пандемии сбежала от соседей по комнате и тесных городских квартир в просторные дома в малонаселенных пригородах с полноценными кухнями и удобными прачечными.
Доля взрослых в возрасте от 25 до 34 лет, живущих со своими родителями, достигла исторического максимума в 2020 году, говорят данные переписи населения: 22% мужчин и 13,4% женщин.
С тех пор эти показатели снизились, но не намного. В 2022 году 19% мужчин и 12% женщин в демографической группе 25-34 проживали совместно со своими родителями.
«В психологии мы говорим о ранней взрослости как о новом этапе жизни, - говорит Кэрол Сигельман, психолог по вопросам развития из Университета Джорджа Вашингтона. - Это своего рода промежуточный этап».
Взрослый ребенок с хорошей работой может максимально использовать преимущества жизни дома, накапливать сбережения и отдавать долги, практически не платя за еду и жилье.
Возвращение в дом детства также может быть связано с возобновлением прошлых ссор, нарушением личных границ и недостижимостью уединения, не говоря уже о неизбежном чувстве, что с тобой обращаются как с ребенком.
«Семьи, в которых живут представители нескольких поколений, на самом деле, очень продуктивны и полезны, - говорит Джеррольд Шапиро, профессор консультативной психологии в Университете Санта-Клары. - Но есть некоторые проблемы. Самая большая из них заключается в том, что как только дети возвращаются к своим родителям, независимо от того, сколько им лет, они регрессируют. И родители регрессируют. Они делают это в тандеме».
Возвращение из колледжа в детскую спальню с двумя односпальными кроватями и плакатами на стенах - это устоявшийся, хотя и унизительный обряд перехода для молодых взрослых американцев. По данным переписи населения, более половины мужчин и женщин в возрасте 18-24 лет постоянно живут со своими родителями с 2011 года.
Они находятся в авангарде тенденции, которая длится уже несколько десятилетий и которая стала еще заметнее во время пандемии.
Согласно анализу данных переписи населения, проведенному Pew, в первые четыре десятилетия XX века, задолго до того, как в культурный лексикон вошел термин «неудачный старт», более 40% взрослых до 30 лет жили с родителями, часто работая вместе на семейной ферме. Доля молодых взрослых, живущих со своими родителями, достигла своего пика в 1940 году – 48%.
Доля сожительствующих резко упала в 40-х и 50-х годах, в эпоху войны, процветания и урбанизации, и достигла дна около 30% в 1960 году. С тех пор этот показатель медленно растет.
Молодые взрослые дольше учатся, справляются с растущим долгом за обучение, позже вступают в брак и дольше ждут покупки первого дома. Многие уезжают из родительского дома только для того, чтобы вернуться, потеряв работу или соседа по комнате. Исследователи называют их детьми-бумерангами.
Пандемия вызвала массовое переселение, миллионы американцев покинули переполненные городские кварталы и закрытые кампусы колледжей. Исследование Pew показало, что вероятность переезда среди молодых взрослых в 3 раза выше, чем в любой другой возрастной группе.
В первой половине 2020 года пандемия привела к тому, что доля взрослых в возрасте до 30 лет, живущих со своими родителями, увеличилась с 47 до 52%, что составляет едва заметное большинство.
За прошедшие годы большая часть американской жизни вернулась в нормальное русло. Но многие дети-бумеранги пандемии остаются в родительском доме: по некоторым оценкам, их около двух третей.