![](/uploads/2022/06/putin (1).png)
Владимир Путин, возможно, не достиг большую часть целей в своей войне, но он, вероятно, достиг самой важной из них - нейтрализации российского городского образованного среднего класса, представляющего реальную угрозу его режиму.
Какими бы ни были его жалобы на НАТО и лицемерие Запада, их нельзя назвать разумными мотивами для развязанной им войны. Разрушение инфраструктуры и производительности территории, которую вы собираетесь аннексировать, отчуждение 44 миллионов ее жителей - это не самая полезная цель, если только вы не пытаетесь достичь другой цели.
Путин, даже если он считал, что его армия легко дойдет до Киева, что было первоначальным планом, знал, что он не соберет достаточно сил, чтобы контролировать всю Украину до ее западных границ. Это кое о чем говорит. Его целью была дестабилизация, создание конфликта с Западом, разрушение Украины, чтобы ее становление как процветающего, реформирующегося общества не угрожало его власти внутри России.
Это по-прежнему лучшее объяснение, почему в Украине идет война.
Президент Байден предпринимал всевозможные меры, чтобы вторжение Путина не стало неожиданностью. Тем не менее, его не удалось остановить, и сейчас все беспокоятся о рискованном, бессрочном конфликте. Жаль, что страны НАТО не заявили о своем доминировании на ранних этапах кризиса, скажем, поставив возможность получения Россией доходов от продажи энергоносителей в зависимость от прекращения огня. Кроме того, НАТО и Байден слишком легко отказались от идеи установления бесполетной зоны, которая могла бы вынудить Путина радикально пересмотреть стоимость и риски авантюры, которую он затеял.
В конце концов, единственным способом добраться до раннего эндшпиля был нетипичный риск со стороны западных политиков. Теперь США зависят от украинцев, благодаря их неожиданному [для всех, кроме самих украинцев] сопротивлению, и от того, как Путин собирается провести последние годы своей жизни.
Если слухи о плохом состоянии его здоровья верны, это только подчеркнет его стремление к контролю, а также сократит его временной горизонт. Он видел, какая судьба постигла египетского президента Хосни Мубарака, распростертого на больничной койке во время суда над ним. Хроническая война в Украине может обеспечить его правление еще на 10 лет, причем достаточно преследований «предателей», чтобы подавить любую затянувшуюся внутреннюю оппозицию. И эта тактика приносит свои плоды: «Российская элита настолько обеспокоена тем, как гарантировать политическую стабильность и избежать протестов, что консолидировалась вокруг Путина», - пишет кремлевский наблюдатель Татьяна Становая из Фонда Карнеги за международный мир.
Такие дела. На протяжении большей части двух последних десятилетий аналитики предупреждали, что ядерный арсенал России и отсутствие у Путина плана по уходу на покой – потенциально стратегический кошмар для всего мира.
Российским военным могут потребоваться годы, чтобы восстановить потери в живой силе и боеприпасах после первых неудач в Украине, но Путин может купить эти годы за счет едва урезанных доходов от продажи углеводородного сырья [за первые 100 дней войны Россия получила $93 млрд от продажи нефти и газа]. Если эти доходы продолжат поступать, под его руководством или под руководством его преемника Россия может превратиться в некое подобие Северной Кореи, подчинив все остальные соображения своей незавершенной войне.
В Украине быстро зарождается государство, обладающее волей и поддержкой населения, чтобы сражаться с русскими бесконечно долго, или до тех пор, пока американцы будут поддерживать поток помощи. Когда министр обороны Ллойд Остин говорит о мерах для того, чтобы российская армия не смогла возобновить агрессию против своих соседей, он говорит о 5-, 10-, 20-летней программе помощи со стороны США.
Риск всеобщей ядерной войны представляется низким и может возрасти только в маловероятных обстоятельствах: если рациональный лидер одной из сторон решит, что нападение неизбежно, и единственный способ минимизировать разрушения для его страны - уничтожение как можно большей части арсенала противника до того, как тот сможет его применить.
Москва и Вашингтон давно научились управлять этим риском, что, возможно, отражается в растущей уверенности администрации Байдена в отношении эскалации. Возможно, на самом деле, единомышленники Путина покончат с его режимом быстрее, если поймут, что он ведет их к ядерной войне.
Поэтому момент для заключения сделок, которые могли бы восстановить прежний статус кво или что-то похожее на него, проходит. Потребуется терпение. Как и во время первой холодной войны, нас ждет еще одно долгое ожидание, пока в Москве у кого-нибудь не лопнет терпение.
Может показаться странным упоминать об этом, но ни у одной армия в мире за последние 30 лет не было более обширного опыта и боевой закалки, чем у армии США, начиная от борьбы небольшими подразделениями с повстанцами и заканчивая логистикой переброски многодивизионных сил на другой конец света.
Уроки, которые США и НАТО извлекают из своей тесной связи с войной в Украине, вероятно, пригодятся в грядущем столетии. Американцам может не понравиться то, что приготовила для них история. Особенно тревожит наращивание военного потенциала Китая. Но, как показывают нам русские, ничто не сравнится с реальными боевыми действиями, в ходе которых армия сможет вооружиться уроками успеха на поле боя. В этом отношении США все еще стоят особняком.