Объявления: 877-459-0909
Реклама: 877-702-0220  
Вход Регистрация
Раскрыть 
  Расширенный 
 

Виталий Портников: Карибский Ким

portnikov

Смерть Фиделя Кастро вызвала противоречивые эмоции, главной из которых стало ожидание неминуемых перемен. Логика этого ожидания проста – после смерти диктатора такого масштаба обычно обесценивается и его наследие и что-то неизбежно меняется. В качестве доказательства такого тезиса обычно приводятся события, которые последовали в Советском Союзе после смерти Сталина или в Китае после смерти Мао. Хотя коммунистический режим в СССР после смерти Сталина просуществовал еще почти четыре десятилетия, а Компартия Китая сохраняет власть и спустя четыре десятилетия после смерти Мао, тем не менее постсталинский и постмаоистский режимы, мягко говоря, непохожи на режимы своих предшественников.

Но перемен на Кубе жители этого острова могут и не дождаться. Не дождаться по целому ряду причин. Самая важная из них связана как раз с идеологией острова братьев Кастро. Мы привычно воспринимаем Кубу как коммунистическое государство, коммунистическую идеологию – как рудимент, и считаем, что авторитет Кастро был единственным, что сохраняло влияние этой идеологии в целости и сохранности. Но это – отнюдь не так. И чтобы понять всю сложность перемен на Кубе, стоит обратиться к опыту другого коммунистического государства, сохранившегося после исчезновения СССР и реформ в Китае – Северной Кореи.

После смерти Ким Ир Сена у многих были примерно те же ожидания, что и сейчас, когда умер Кастро. Что перемены неизбежны, что сын «великого вождя» не сможет удержать власти, что только авторитет Ким Ир Сена позволял сохранить в неприкосновенности корейский коммунизм. Но сегодня у власти уже внук Ким Ир Сена, режим никак не изменился, не пошел ни на какие реформы, стал более жестким. Как же так?

А так, что никакого коммунизма в Северной Корее уже давно нет, а может быть, и не было никогда. Коммунистические режимы рухнули именно там, где они были настоящими и опирались на марксистско-ленинские догмы. Собственно, коммунистические партии в Китае и странах Индокитая сохранили власть во многом потому, что изначально были не столько коммунистами, сколько националистами, «красным» ответвлением антиколонизаторского движения – неслучайно Компартия Китая и Гоминьдан, спасшийся на Тайване, до сих пор имеют схожее отношение к вопросу территориального единства страны.

Ким Ир Сен получил власть из рук советских и китайских коммунистов. Но последовательно избавлялся от сторонников обоих «братских партий», чтобы приступить к строительству монархического семейного режима. Идеология Маркса и Ленина в Северной Корее отошла на второй план, а на первый выдвинулась идеология «чучхе», сутью которой оказалось религиозное почитание вождя и его семьи. Ким Ир Сен стал для своих подданных новым Буддой, богом во плоти – и именно поэтому его смерть не значила для жителей Северной Кореи крах режима, наоборот – она стала еще одним шагом к упрочению власти Кимов. При этом нужно понимать, что Ким Ир Сен полностью переписал историю КНДР, так что жители этой страны ничего не знают о капитане Красной Армии, которому Сталин решил доверить управление Кореей, ни о фракционной борьбе в политбюро Трудовой партии Кореи, ни о коммунистическом движении в Корее, к которому Ким Ир Сен не имел ровно никакого отношения вплоть до своего появления в стране в советском обозе. И эта мифологизация тоже содействовала укреплению режима: жители КНДР живут в совершенно фантастическом государстве, прошлое которого – не меньшая для них загадка, чем будущее.

С Фиделем еще интереснее. Подлинной истории Кубы не знают не только ее жители, но и многие иностранцы, оценивающие вклад Кастро в мировой коммунизм. С точки зрения этих людей, 1 января 1959 года на Кубе произошла коммунистическая революция. Но уже само это утверждение – полная ерунда. Никакой коммунистической революции на Кубе никогда не было. 1 января 1959 года кубинский диктатор Батиста был свергнут жителями Гаваны, к власти пришло переходное демократическое правительство. Коммунисты не играли никакой серьезной роли в этом процессе. Не играл в нем никакой серьезной роли и Фидель. Да, его партизанский отряд действительно вел борьбу с властью – но такие партизанские отряды в странах Латинской Америки воюют десятилетиями и никакого серьезного успеха не добиваются. Если бы не крах режима Батисты и ослабление государства как такового, молодчики Кастро никогда не появились бы в Гаване, а он не получил бы шанс подменить собой новое демократическое руководство Кубы. Но и это еще не все. Партизаны Кастро не были коммунистами, а сами коммунисты поддержали его только на последнем этапе борьбы с Батистой. Но и эта поддержка не так много значила. Потому что коммунисты поддерживали в те годы многих. В начале 40-х, например, они поддержали Батисту, который благодаря в том числе и этой поддержке смог сформировать правительство страны. Один из лидеров коммунистов, Карлос Рафаэль Родригес, стал у Батисты министром без портфеля. Именно этот Родригес в жестких выражениях осудил от имени партии штурм казармы «Монкада» – один из мифологизированных кастровских «подвигов Геракла». И именно этот Родригес в июле 1958 года примкнул к Кастро в горах Сьерра-Маэстра. Для кубинских коммунистов сотрудничество с Батистой или Кастро было вопросом политической конъюнктуры. Как, собственно, для Кастро – сотрудничество с коммунистами. Никакого отношения ни к коммунистической партии, ни к коммунистической идеологии Фидель не имел, никакого понимания марксистских догм – тоже. Кастро был заурядным повстанцем-радикалом, жаждавшим власти. Как и любой латиноамериканский путчист, он мог стать кем угодно – в зависимости от конъюнктуры. И когда понял, что от Соединенных Штатов помощи ему ждать не приходится, решил объявить себя коммунистом. Но тоже очень осторожно. Ведь первой правящей партией Кубы стали «Объединенные революционные организации», в которые вошла в качестве одного из основателей «настоящая» Компартия Кубы. Кастро как лидер другой – именно что другой – организации-основателя – «Движения 26 июля» – стал первым секретарем этой партии, а генсек Компартии с 1933 года Блас Рока – членом ее Национального руководства. А в 1965 году правящая партия была переименована в Компартию Кубы. Но настоящие коммунисты в ее руководстве ведущей роли никогда не играли. Более того, уже в 1968 году Кастро расправился с ветеранами Компартии Кубы, которые в надежде на поддержку Москвы выступили с критикой его левацких подходов к политике. Кастро для этих ортодоксальных коммунистов был троцкистом – и они, пожалуй, были правы, так как Фидель был буквально обуреваем гигантоманией и жаждой власти и влияния далеко за границами Кубы. Москва не помогла, бывшие узники Батисты оказались в тюрьмах Кастро. Карлоса Рафаэля Родригеса среди них не было, старый конъюнктурщик оставался связным с Москвой. И понятно почему: после Карибского кризиса и выведения советских ракет с Кубы Кастро, с которым никто даже не советовался о действиях Кремля, возненавидел Советский Союз. Он очень хотел этих ракет, они превращали его из марионетки в игрока. В Москве знали об этой ненависти. И поэтому Кастро был нужен кто-то, кто мог бы убедить советских хозяев в его лояльности. Но в любом случае то, что он устроил на Кубе – это диктатура пиратской банды, маскировавшаяся под коммунизм.

Еще одним важным обстоятельством, которое содействует такой диктатуре, является селекция населения. В Корее, как известно, была война между севером и югом, сопровождавшаяся перемещением больших масс населения. Многие люди, которые не хотели жить под коммунистами, ушли на юг. С Кубы было несколько массовых исходов, так что по ту сторону от острова находится «вторая Куба» с центром в Майами – почти та же Южная Корея, только интегрированная в США. В результате и династия Кимов, и династия Кастро получили в свое распоряжение население, акцептирующее диктатуру. Да, Куба недалеко от США, ну так и Северная Корея недалеко от Южной.

Для перемен, как известно, недостаточно убить Дракона или дождаться его смерти. Важно, чтобы все, кто окружает чудище, не были его порождением.

 
 
 

Похожие новости


Газета «7 Дней» выходит в Чикаго с 1995 года. Русские в Америке, мнение американцев о России, взгляд на Россию из-за рубежа — основные темы издания. Старейшее русскоязычное СМИ в Чикаго. «7 Дней» это политические обзоры, колонки аналитиков и удобный сервис для тех, кто ищет работу в Чикаго или заработки в США. Американцы о России по-русски!

Подписка на рассылку

Получать новости на почту